Глава 2

Телега уныло тряслась вверх по извилистой дороге, подпрыгивая на каждом камешке и проваливаясь в каждую ухабину. Помощник повара исподтишка бросал сочувственные взгляды, но в открытую сострадать не посмел, так как Антуан не спускал с нас взгляда, восседая на одной из замковых лошадей.

Но мне было всё равно и на охранника, и на невольного кучера, и на всё окружающее пространство в целом.

Я сидела внутри телеги, обхватив колени руками и уткнувшись лицом вниз. Зубы стучали в ритме чечётки, а сама я ощущала себя погребённой заживо.

Руины замка Грейвальд! Может ли быть судьба хуже этой?

Проклятое место, откуда никто не возвращался! Говорят, что прошлые хозяева были людьми разбойными и очень жестокими, не жалели никого, и Бог их проклял, заставив весь род вымереть.

После этого все живые поспешно покинули замок, и с того времени там живут только привидения и тени проклятых душ. Те глупцы, что пытались пробраться в замок, никогда больше не возвращались, а теней, водящих хоровод в полночь в окрестностях замка, становилось всё больше.

Я бы посмеялась над этой историей, назвав её просто байкой для непослушных детей, если бы на моей памяти не пропало два таких смельчака.

Кроме того, покойный батюшка нашей госпожи самолично издал указ, запрещающий жителям графства ходить к руинам замка.

А теперь волей его жестокой дочери мне приходится идти на верную смерть, потеряв при этом и свою бессмертную душу.

Ведь если верить проповедям нашего духовника, в тех развалинах обитает дьявол, способный утащить грешников за собой в преисподнюю.

— Тпрр! — телега вздрогнула и остановилась. — Приехали, Антуан!

Что? Уже? Боже, нет! Я не хочу!

Не отрывая лица от коленей, я замотала головой так, что чепчик, который и так держался на честном слове, съехал с волос мне на спину.

— Давай, Мари, не усугубляй! — на удивление мягко сказал стражник, подъезжая ближе. — Ты же понимаешь, что не сбежишь.

На этот раз его слова прозвучали с угрозой.

Нет, нет, нет, я не хочу! Не буду!

— Вставай, Мари! Не зли меня!

Меня грубо потянули за плечи и с силой дёрнули из телеги.

Я пробовала брыкаться, но меня, как маленького зверька, схватили за шиворот и хорошенько вытряхнули.

Я повисла в воздухе, оказавшись почти наравне с Антуаном. Суровые глаза стражника смотрели прямо на меня.

— Это конец, девочка! — без обиняков жёстко сообщил он. — Никто тебе не поможет и не даст сбежать. Прими свою судьбу и отправляйся к замку.

Меня опустили на землю, и я тут же осела сломанной куклой. Господи, я не хочу умирать!

Рядом со мной приземлилась огромная плетёная корзинка и уткнулась в мой подол.

— Вставай, Мари, бери корзину и иди!

Стражник навис надо мной, как великан над мошкой. Ещё секунда — и раздавит своим тяжёлым башмаком.

— Подожди, Антуан, — вдруг встрял в разговор помощник повара Карте, не проронивший до этого ни слова. — Дай ей хоть минуточку отдышаться. Вот...

Месье Карте присел рядом и достал из-за пазухи небольшой свёрток, обмотанный белой тканью, а также зеленоватую бутылку, в каких обычно в замке разливали вино.

— Зайдёшь на тропу и выпей сразу, не жди. — Он вложил всё в корзину под неодобрительное фырканье Антуана. — Спасти не спасёт, но участь облегчит. И это... прости, девочка.

После этих слов помощник повара поднялся, отвернулся и отошёл в сторону.

— Так, всё, хватит. — Тяжёлая рука Антуана снова опустилась на моё плечо. — Иди, Мари! Не задерживай больше нас.

И я пошла. Тяжёлой, старушечьей поступью, пошатываясь, как пьяница, я пошла к заросшей тропе, сжимая в сведённых судорогой руках корзинку для цветов.

Я обречена! У меня нет выбора...

Обернулась, но суровый стражник был на месте и снова указал на путь к руинам.

Слёзы бесперестанно текли по моим щекам, но делать было нечего. С обречённой безысходностью я снова повернулась и ступила на тропу, ведущую к замку.

Тропа была слегка заметной среди густой травы и разросшихся бурьянов.

Когда-то её явно использовали часто, но теперь она заросла настолько, что на каждом шагу приходилось пробираться сквозь хаотично разбросанные кусты.

Под ногами — неровный грунт, усеянный корнями и камнями, которые так и норовили споткнуть путника.

Здесь всё казалось серым и безжизненным, как будто сама природа давно забыла о существовании этого пути.

Я долго шла, спотыкаясь, пока телега и мои палачи не скрылись из виду, и только тогда остановилась.

Сев на какую-то кочку в высокой траве, я просто, не сдерживаясь, заголосила.

Возвращаться смысла не было — Антуан никуда не уйдёт и будет ждать до завтра, а ночью...

Мороз пробежал по коже, когда я представила, что будет ночью.

Необязательно подниматься к руинам — блуждающие проклятые духи найдут тебя и так, стоит только ступить на тропу.

От этой мысли мои рыдания, которые постепенно сходили на всхлипы, снова вернулись с удвоенной силой.

Боже, как же не хотелось умирать! Да, моя жизнь была отнюдь не сладкой, но она была.

Я существовала, дышала, преодолевала трудности. И теперь...

К моим всхлипам добавился ещё какой-то звук. Он доносился из высокой травы впереди, вдоль тропы.

Я замерла, как мышь, и даже перестала икать, вся превратившись в слух.

Через некоторое время мне удалось разобрать приглушённое: «Помогите!».

О, Боже, неужели это проклятые духи?! Уже?!

Первым порывом было развернуться и стремглав сбежать по тропе обратно к стражнику.

Упасть на колени и умолять убить меня сейчас, чтобы не переживать весь этот ужас.

Но мои слабые ноги так и не смогли сдвинуться с места, а звуки всё приближались, и в них я уже ясно различала слабый и беспомощный женский голос.

— Спасите, кто-нибудь!

Страх сковал меня ещё сильнее.

Я сжала руки в кулаки, чувствуя, как они дрожат, а сердце бешено колотится в груди.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

903 слов