Глава 10

Для девушки благородных кровей Бат — это уникальная возможность проявить себя в полуофициальной обстановке. Почти весь высший свет стекается в этот маленький курортный городок под благовидным предлогом поправить здоровье.

Реальность же была в том, что Бат стал ареной для всевозможных интриг, поиска выгодных браков и укрепления социальных связей. Здесь, среди минеральных источников и аккуратных садов, завязывались романтические союзы, подслушивались секреты, обсуждались последние лондонские сплетни. Для девушки благородных кровей такой визит был не столько возможностью "поправить здоровье", сколько шансом наглядно продемонстрировать себя на брачном рынке.

Поэтому поездка в Бат всегда вызывала восторг и трепет в чутких сердцах юных и иногда слишком меркантильных барышень.

Моё же настроение было абсолютно противоположным.

Мне не нравилось, куда мы едем, к кому мы едем и как мы едем. Мне вообще не хотелось покидать Эшвуд-Корт. Но к огромному удивлению и даже ужасу я получила неделю назад короткое, лаконичное и холодное письмо от Арчибальда.

Брат настоятельно рекомендовал (читай — требовал) ехать в Бат и поправлять здоровье. Сказать, что я была удивлена, — это ничего не сказать.

Такой поворот событий резко выбивался из моего представления о желаниях брата. Но полная оптимизма и радости приписка Маргарет натолкнула на мысль, что отказать беременной жене Арчибальд был не в силах.

И поэтому всю эту неделю Молли придирчиво собирала мои чемоданы, командуя служанками направо и налево, как генерал своей маленькой армией.

— Какое платье лучше взять, мисс? Голубое или бежевое? — допытывалась служанка, разложив передо мной скромный гардероб.

— Всё равно, — равнодушно отвечала я, даже не взглянув на свои наряды и продолжая старательно выводить буквы на бумаге.

Вот! Ещё одна причина ненавидеть Бат! Он отрывает меня от любимого дела. Я не смогу полностью погружаться в мир своих фантазий и доверять их бумаге.

Придётся отложить завершение своего романа как минимум на месяц. А я ведь так близка к успеху! Маргарет уже удалось пристроить пять моих рассказов в ежемесячный журнал "Белл", и я с трепетом, а также нетерпением ждала, когда смогу предоставить на суд издателя своё большое творение.

Но вместо этого...

Карета мерно покачивалась на ухабистой дороге, а я, сжав губы, обречённо ждала конца пути. Четыре долгих дня, наполненных пылью, жарой и непрекращающейся тряской, утомляли, но в большей степени раздражало то, что меня ждал Бат. Перспектива провести там целый месяц удручала.

Молли, сидевшая напротив, время от времени бросала на меня быстрые взгляды, но теперь молчала, догадываясь, что мои мысли сейчас не о разговоре, а о тишине. Я не жаловалась, но по моему лицу можно было прочитать всё, что я думаю о таком "чудесном" отдыхе.

Да, я понимаю, что Маргарет хотела как лучше. И мне и правда нужно продолжать сражаться за своё здоровье, так как я всё ещё была слабенькой, но...

Не хочу я в Бат! У меня будто предчувствия недобрые.

— Мы ведь почти приехали, мисс? — не выдержала Молли, подавая мне бутылочку с водой.

— Хотелось бы так думать, — пробормотала я, принимая её предложение.

Моя горничная улыбнулась в ответ, но я знала, что она так же, как и я, утомилась от этой бесконечной дороги.

И вдруг карета резко дёрнулась и замедлилась, пока не остановилась полностью. Я ощутила резкий толчок и ударилась локтем о стенку. Молли приподнялась и бросилась ко мне.

— Мисс, вы не ушиблись?

— Всё в порядке, — успокоила я горничную, стараясь не кривиться. Ещё не хватало, чтобы Молли теперь кудахтала надо мной всю дорогу.

— Ох, мисс, и всё же лучше проверить, — с сомнением протянула она.

— Не надо, — более твёрдо сказала я и, чтобы отвлечь её от гиперопеки, спросила: — Что случилось?

— Кажется, проблема с колесом, мисс, — прозвучал голос кучера снаружи. — Придётся задержаться. Колесо повреждено.

Я вздохнула. Задержка на дороге была последней вещью, которой мне хотелось. Но что поделаешь?

— Придётся выйти и подождать, пока слуги всё исправят, — спокойно сказала Молли, уже открывая дверь.

— Не стоит, — в проёме появилось худое и хмурое лицо кучера, — здесь слишком узкая дорога, леди. Да и места... Это объездной путь, так что лучше вам подождать в карете, а мы быстро закончим.

Я кивнула, совсем не возражая против того, чтобы остаться внутри. На улице стояла такая жара, что идея выйти и дышать пылью, пока слуги пытаются починить колесо, совсем не прельщала. В конце концов, карета была пусть и не самым удобным местом для отдыха, но здесь хотя бы можно было скрыться от палящего солнца.

— Хорошо, — коротко ответила я, прислонившись к спинке сиденья и постаравшись занять наиболее удобное положение.

Молли бросила на меня задумчивый взгляд, но молча опустилась обратно на своё место. Мы обе знали, что эта задержка — не более чем временная неприятность. Осталось только терпеливо дождаться, когда колесо будет починено, и мы продолжим наш путь в Бат.

Однако не прошло и десяти минут, как сзади послышался стук копыт. Я подняла глаза, гадая, кто же может путешествовать по этому узкому объездному пути. Ответ не заставил себя долго ждать: шум усиливался, и вскоре из-за поворота показалась другая карета в сопровождении пары всадников.

Молли напряглась, как будто почувствовала, что сейчас последует что-то неприятное. Она тут же задёрнула штору, даже не дожидаясь моей просьбы. В это время снаружи раздался грубый голос:

— Эй, там! Освободите дорогу! Убирайте свою карету с пути!

Это был слуга, и, судя по тону, он вовсе не собирался любезничать. Его господа, очевидно, не привыкли ждать, тем более на таком узком пути.

Наш кучер что-то ответил им, и завязалась перепалка.

— Не стоит, мисс, — прошептала Молли, заметив, как я потянулась к занавескам. — Мы не знаем, кто там.

И то правда! Одёрнула я себя. Наши визави были людьми непростыми, раз ехали двумя каретами и в сопровождении слуг. Кажется, я видела мельком ещё двух всадников, но те были далеко, и рассмотреть их не удалось. Но это и неважно, простые крестьяне так не путешествуют, а вот аристократы...

С аристократами я встречаться совсем не хотела и поэтому смирненько присела назад, переложив весь груз ссоры на плечи кучера.

Прошло несколько минут, и напряжение за стенами кареты только нарастало. Слуга снова возвысил голос, требуя немедленно освободить дорогу.

— Пропустите нас! — требовал невозможного грубый голос. — Мой господин не намерен ждать! Уберите свою карету с дороги!

Наш кучер отвечал более спокойно, но твёрдо. Я не могла разобрать всех слов, но понимала, что они не в пользу новоприбывших, иначе он бы уже замолчал. Наконец до нас донёсся звук приближающихся шагов, и я услышала, как слуга резко сменил свой тон на льстивый.

— Ваша светлость, к сожалению, слуги леди отказываются...

— Леди? — перебил его красивый мужской голос. — Ну что же, тогда всё очевидно! Возвращайся к леди, Джон, я сам разберусь здесь.

Услышав этот голос, Молли побледнела и резко подалась вперёд, будто пытаясь прикрыть меня своим телом.

В это время в двери моей кареты постучали.

— Мадам, — раздался всё тот же мелодичный, но явно властный голос, — ваша карета перегородила нам путь, а у нас срочные дела. Я не стану вдаваться в подробности — было ли это намеренно или нет, — но надеюсь, что вы проявите понимание и позволите нам проехать как можно скорее.

Намеренно? Я? Что он о себе возомнил? Мои брови сошлись на переносице, и мне прямо очень захотелось взглянуть в глаза этому нахалу и объяснить, что помимо его раздутой самомнением особы существуют такие обстоятельства, как несчастный случай.

Но тут я заметила молитвенно сложённые руки Молли и её беззвучное:

"Не отвечайте!".

Что это с ней? Почему я не могу ответить этому хаму!

— Мадам! — послышалось раздражённое. — Мадам!

Его стук стал всё более настойчивым. О, как же он меня бесит!

— Ну как знаете, леди, — вдруг сказал незнакомец. — Вы сами напросились!

Это что-то новенькое!!! Я всё же не выдержала и потянулась к двери, чтобы отодвинуть занавеску и сказать пару вежливых, но "ласковых" слов. Но этого не потребовалось.

Двери со всех сил дёрнули, заставив их широко распахнуться. В глаза ударил свет, ослепив и оглушив меня на секунду.

— Виктория! — раздался голос, в котором смешались удивление и какое-то ещё, непонятное мне чувство.

Незнакомец, который ещё секунду назад стоял с высокомерной уверенностью, вдруг резко отступил, словно испугался увиденного.

1314 слов